ХАРИТОНОВА Дарья Викторовна, заместитель заведующего отделом евразийской интеграции и развития ШОС Института стран СНГ
г. Москва, 119180, ул. Большая Полянка, 7/10, стр. 3
Daria V. KHARITONOVA, Deputy Head Division of Eurasian Integration and Shanghai Cooperation Organization Extension of the Institute of CIS
7/10 b. 3, B. Polyanka str., Moscow, 119180
Захватив окончательно политическую власть в конце августа 2021 г., национальное исламистское религиозно-политическое военизированное движение «Талибан»* , вернув прежнее название Исламского Эмирата Афганистан (ИЭА) приступило к модернизации социально-экономической и энергетической сферы. Однако спустя три года новое руководство страны продолжает сталкиваться с нерешенными экономическими проблемами, ввиду заморозки финансовых активов бывшего правительства А. Гани, прекращения оказания финансовой помощи западных государств, сохранения жестких финансовых и торговых санкций в отношении движения «Талибан». Страна сталкивается с последствиями землетрясений и наводнений (2022 г.), а также нерешенностью проблем в сфере безопасности, в том числе со стороны «Исламского государства – Хорасан». Автор замечает, что с приходом к власти движения «Талибан» количество терактов значительно сократилось, что создает благоприятный фон для развития экономических и энергетических контактов с соседями по региону, а также Китаем и Россией. Стоит отметить, что интенсификация экономических контактов происходит на фоне принудительного возвращения беженцев из Пакистана и Ирана. Афганистан остро нуждается в прямых инвестициях и технологиях, а также развитии транспортной и энергетической инфраструктуры с учетом власти движения «Талибан».
В статье автор рассматривает энергетическую ситуацию в ИЭА и отношения со странами регионами Узбекистаном, Туркменистаном, а также Китаем, Ираном и Россией в энергетической сфере. Исследователь отмечает, что некоторые энергетические проекты (например, реализация энергетических и инфраструктурных проектов с Узбекистаном) способствуют развитию социально-экономических отношений с региональными государствами, а другие как строительство ИЭА на севере водного канала Куш-Тепа, создает природные риски для сельского хозяйства Туркменистана и Узбекистана, расположенных вниз по течению Амударьи. Пока руководство Афганистана уклоняется от переговорного процесса по водному вопросу и не допускает решения вопросов с позиции силы других государств. Подчеркивая инклюзивность в решении экономических и энергетических вопросов, талибы не готовы обсуждать развитие политического и социального процесса в ИЭА. По мнению автора, руководство ИЭА в дальнейшем будет придерживаться законов шариата, в том числе для экономического и энергетического развития страны, в перспективе частично допуская женщин к социально-экономической жизни. Все это будет способствовать улучшению благосостояния афганского народа.
Taliban* national Islamist religious and political paramilitary movement finally seized political power at the end of August 2021 and returned the former name of the Islamic Emirate of Afghanistan. After that it began to modernize the socio-economic and energy spheres. However, three years later the country’s new leadership continues to face unresolved economic problems due to the freezing of the financial assets of the former government of A. Ghani, the cessation of financial assistance from Western countries and the continuation of strict financial and trade sanctions against the Taliban movement. The country is faced with the consequences of earthquakes and floods as well as unresolved security problems including from the Islamic State of Khorasan. The author notes that with the coming of Taliban to power the number of terrorist attacks has significantly decreased. It creates favorable conditions for the development of economic and energy contacts with neighbors in the region as well as China and Russia. It is worth noting that the intensification of economic contacts is taking place under conditions of forced return of refugees from Pakistan and Iran. Afghanistan is in dire need of direct investment and technology as well as the development of transport and energy infrastructure given the power of Taliban movement.
The author examines the energy situation in the IEA and relations with the regional countries Uzbekistan, Turkmenistan as well as China, Iran and Russia in the energy sector. The researcher notes that some energy projects (for example the implementation of energy and infrastructure projects with Uzbekistan) contribute to the development of socio-economic relations with regional states. While other projects such as the construction of water canal in the north of the Kush-Tepa by the IEA create natural risks for the agriculture of Turkmenistan and Uzbekistan located downstream of the Amu Darya. So far, the leadership of Afghanistan has avoided the negotiation process on the water issue and does not allow the resolution of issues from the position of strength of other states. Emphasizing inclusiveness in solving economic and energy issues Taliban is not ready to discuss the development of the political and social process in the IEA. According to the author, the IEA leadership will continue to adhere to Sharia law including the questions of economic and energy development of the country. In the future it may partially allow women to participate in socio-economic life. Mentioned facts will contribute to improving of the Afghan people well-being.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.